Category: общество

Амазонки Кавказа: мифы и реальность

Оригинал взят у mkartoev в Амазонки Кавказа: мифы и реальность(тут интересовались не так давно этой темой)

Мы мало знаем об успехах наших соотечественников за рубежом. Ниже представлена часть докторской работы, которая переведена на русский язык.
Цороева Марета— Доктор филологических наук, доктор истории религий (обе докторские диссертации защитила во Франции, причем вторую в университете Франции — Сорбонне), профессор Сорбонского университета. Стала единственной, кто получил право работать в Национальной библиотеке Франции имени Франсуа Миттерана, не будучи гражданкой Франции

Collapse )

Аби. Амазонка отстоявшая Назрань

Оригинал взят у bvsv в Аби. Амазонка отстоявшая Назрань

Аби Назрановская повергшая на поединке кабардинского князя на картине галгаевского художника Хож-Ахмеда Имагожева

Объяснение имени Нашаба с вайнахского в статье Н. МАМИЕВА, Ф. БАЙРАМОВ, О КАВКАЗСКИХ АМАЗОНКАХ В ПОЭМАХ НИЗАМИ // ЛИТ. ОСЕТИЯ. - Орджоникидзе, 1987. - N 69. - с. 107-111" Оно состоит из этнонима наш и слова апа (>аба) мать. Итак, вайнахский этноним в сочетании с алтайским словом со значением мать образовал сложный антропоним Нашаба «мать нахского (нашского) племени»." Удивляет сходство имени ингушской героини Аби с алтайского апа (аба). На греческом Apeia — "Воинственная".


«Память народа хранит прекрасные предания о своем легендарном сыне Орцха КIарцхале Мальсагове. Так, в одном из них рассказывается, как он перехитрил кабардинского князя.

Землю КIарцхал арендовал, как уже упоминалось, с усло¬вием, что он ее освободит, когда сгниет плетень (ограда). Он посадил густо в ряд вокруг земельного участка белую ака¬цию и, когда она начала интенсивно расти, ветви саженцев переплел так, что получилась живая ограда. На Кавказе плетень дряхлеет и ветшает через три года, как раз этот срок имел в виду кабардинский князь. Когда он явился обновлять договор, КIарцхал показал ограду из живых белых акаций: она была цела. Князь понял, что его перехитрили, и вызвал КIарцхала на спор.

В те времена на Кавказе существовал обычай: спорщики выставляли на поединок силачей и борцов, и чей борец победит, тот и выигрывал спор. Кабардинский князь выдвигал три вида состязания: борьбу, стрельбу в цель и скачки на лошадях. Время и место состязания было определено, и спорщики разъехались. КIарцхал переживал, советовался со своими людьми. Он был уверен, что без труда выиграет скачки и стрельбу (он был прекрасный наездник и стрелок), но где взять богатыря, который одолеет кабардинца. Ехать в горы искать там – не хватит времени, а среди сельчан нет таких, которые наверняка смогли бы вырвать победу у соперника.

Когда он поделился этими тревогами с односельчанами, один старец сказал: «Я знаю такого силача, только боюсь, что он не согласится бороться, а одолеть он одолеет любого». Сельчане начали допытываться, кто он такой. И старик поведал о том, что его младшая сноха на днях доила корову, а трехгодовалый буйвол боднул ее в спину. Она его рукой отогнала раз, другой, но тот продолжал ее беспокоить. Тогда сноха схватила одной рукой буйвола за рог, а другой за заднюю ногу, подняла от земли и выбросила из загона. Довод для всех был убедительный, и решили всем миром просить ее выйти на поединок с княжеским богатырем.

Она согласилась. Когда в указанное время обе стороны встретились в условленном месте, КIарцхал легко выиграл скачки и стрельбу. После чего против кабардинского богатыря была выставлена женщина. Тот возмутился: «Как же я буду бороться с женщиной?» – «Давай присядем на лужайку и договоримся, как нам бороться», – сказала она. Когда он сел, она приблизилась к нему и, слегка дотронувшись до его бедра, сказала: «Вставай, богатырь, если пришел бороться». Он же не смог встать, бедро было сломано от прикосновения руки силачки.

КIарцхал выиграл спор, и тогда всем миром назрановцы взмолились своему Богу, прося благополучия и процветания назрановскому народу, земле этой. И чтобы никто и никогда не отвоевал ее войной. Долго изливали свою просьбу люди КIарцхала Всевышнему, пока жертвенный белый бык с ритуальной повязкой на глазах не стал на колени. По тогдашнему поверью, это был признак, что Всевышний внял их просьбе.

В народе говорят, что с тех пор, с той самой исторической молитвы КIарцхала, никто войной не завоевывал назрановскую землю» © М. Аушев, «Легендарные сыновья ингушского народа».

Легенды доносят до нас отголоски о существовании у древних ингушей женских гарнизонов, о девушках, выбиравших себе суженых, о воительницах, выходивших замуж только за того, кто их одолевал в единоборстве. Устная традиция хранит память о тех героинях, которые бились на дуэли против захватчиков, чтобы отвоевать землю отцов. Одна из них, легендарная ‘Аби, повергшая на поединке кабардинского князя, запечатлена на картине ингушского художника Хож-Ахмеда Имагожева. Эти истории напоминают амазонок, сражавшихся против греков у реки Термодон, защищая свою родину. В более поздних легендах вайнахские женщины теряют инициативу воительниц, но остаются верными помощницами и мудрыми советчицами для своих мужей-нартов.

Ещё в конце 19-го века у ингушей существовали типично женские праздники. Известный вайнахский писатель Идрис Базоркин описал в своём романе-эпопее один из них, проходивший в Джейрахе за перевалом Трёх Обелисков и куда доступ для мужчин был запрещён (Идрис БАЗОРКИН, «Из тьмы веков», Грозный, Чеч. -Инг. кн. изд-во, 1989, с. 89-96). Осенью, после сбора урожая, женщины и девушки собирались в этом священном месте, выбирали себе предводительницу, которая назначала «свиту», отряд «воительниц», и руководила праздником. Полностью отрешившись от своих ежедневных семейных забот, женщины устраивали в этот единственный в году свободный день скачки, танцевали и пели песни, напоминающие гимны древних амазонок:

Забудьте, что вы женщины!
Мы здесь — свободный народ;
И память о женском долге
Пусть с первым глотком умрёт!

Второй глоток мы выпьем
За бывших наших мужчин.
И пусть отныне не станет
Над нами из них ни один!

С третьим глотком, сестрицы,
Жить начинаем мы.
Над женской страною — солнце!
И нет ни печали, ни тьмы!

Уймите, боги, воду и огонь!
Пошлите солнце нам и месяц.

К нам в гости фур-фуры пришли.
На горы спускается ночь...
Пусть каждой она принесёт
Не сына, а славную дочь!..

Одна старая героиня романа утверждает, что раньше у ингушек подобные праздники бывали каждый день, тогда как у их мужей только раз в году.

Исследователи 19-го века писали, что женщины в вайнахском обществе пользовались большим уважением. Наделённые издревле иммунитетом неприкосновенности, они могли выступать в роли посредниц и миротворцев во время межродовых или межплеменных разногласий и конфликтов. Они находились, кроме того, под покровительством четырёх божеств вайнахского пантеона:

— Сели, бога грозы и сурового судьи, способного пронзить молнией любого мужчину за убийство девушки или женщины, совершённого даже нечаянно;

— Мат-цели, доброжелательного бога сельского хозяйства и справедливого судьи, могущего, однако, серьёзно наказать мужчину (например, бросить в пропасть, но потом всё-таки спасти «по своей природной доброте») за оскорбление и даже за плохие мысли по отношению к женщине;

— Сусан-дялы, оберегающего будущих матерей;

— Агой, группы божеств — защитников девушек.


http://www.galga.ru/publ/1-1-0-1

Аhoj - так звучит приветствие на чешском языке. У чехов тоже есть сказание о девичьей войне. А еще это же слово использовалось  в заклинании на севере (надо будет найти, где я это встречала)) в значении гоить - заживлять раны. Имя Либуше - чешской княжны можно объяснить опятьже с вайнахского языка: У нахов до сих пор сохранилось древнее женское имя Либи ( / Либа), произведенное от глагола – ла- «желать», имеющее значение «желанный, - ая, -ое,- ые».

Изображение амазонки в свадебном поединке на вазе из Рогозинского клада Фракии

Collapse )Итак, мы помним, что герои Гомера сражаются одетыми. Однако, очевидно, это стыдливая ионийская традиция. В определенных же ситуациях обыденной жизни мужчины могли быть совсем голыми. Например, во время работы в поле. Также и дети могли играть, будучи без одежды. Однако подобная традиция детской наготы имелась у многих народов.77 Другая оригинальная традиция обнажения существовала у архаичных греческих этносов, где была особая суровая система воспитания мальчиков - будущих воинов, входящих затем в мужские союзы. Тут сызмальства мужской пол привык к обнаженному или полуобнаженному состоянию. Именно у этих этносов (критян, спартанцев) следует искать начало традиции обнажения. Кроме того, нельзя не учитывать и религиозный фактор в происхождении греческой наготы. Определенный толчок к распространению обнажения у греков связан, очевидно, с запретом носить набедренные повязки на панэллинских олимпийских играх (720 г. до н. э.). В архаический период в полисах распространяется институт гимнасия, в котором тренировались и состязались обнаженные атлеты. В эту эпоху складывается и идеал калокагатии. О данном идеале нам говорят многочисленные статуи куросов VII-VI вв. до н. э. Эллины гордятся своим телом, его красотой.
...
Возможно, некоторой консервации данного обычая способствовал и психологический фактор: война с азиатами-персами, не имевшими традиции обнажать тело."
(А.К. Нефедкин, Нагота греческого воина: героика или реальность?)

К персам-азиатам можно отнести и женщин-амазонок, всегда одетых))

Видимо борьба двух культур и представлений о мире имеет место быть в поединке одетой амазонки и обнаженного "греческого героя". Греческого героя  я сознательно беру в кавычки, подразумевая под ним не греков как национальность, а тот патрирхальный уклад жизни, в котором  Е. Вардиман лишь в проституции видит возможность для античной женщины развивать свои способности, быть самостоятельной, образованной, т. е. быть личностью.

Амазонки общались с мужчинами только для продолжения рода и считали по каким-то соображениям возможным избавляться от детей мужского пола: по сообщениям одних источников - убивать, по сообщениям других - отдавать отцам. 

ПОМПОНИЙ МЕЛА (I в.н.э.)
ЗЕМЛЕОПИСАНИЕ
"... Побережье, идущее изгибом от Босфора до Танаиса, заселяют меотики, фаты, сирахи, фикоры, и ближе всего к устью реки, иксаматы. У них женщины занимаются теми же делами, что и мужчины, и даже не освобождаются от военной службы. Мужчины служат в пехоте и в сражении мечут стрелы, а женщины вступают в конные стычки и сражаются не железным оружием, а накидывают на врагов арканы и умерщвляют их затягиванием. Они выходят замуж не для того, чтобы считаться годными для замужества, дело не в возрасте: те, которым не удалось убить врага, остаются в девицах.
Самый Танаис, текущий с Рифейской горы, несется так стремительно, что в то время, как соседние реки, Меотида и Босфор и даже некоторые части Понта замерзают от зимней стужи, он один, одинаково перенося зной и холод, всегда остается одинаковым и несется в быстром течении. Его берегами и прибрежными местностями владеют савроматы, одно племя, но разделенное на несколько народов с разными названиями: первые меотиды женовладеемые занимают владения амазонок, степи, богатые пастбищами, но в остальном скудные и голые."


Зачем савроматкам убивать 3-х врагов и кем были эти враги? Пока не ясно. Но к вопросу о замужестве это имеет прямое отношение, по крайней мере в сообщении Помпония Мела. 
Вообще, свадьба по законам матрирхата предполагает свободный выбор жениха невестой. У меотов, которые по словам Помпония Мела "женовладеемые", и савроматов, которых греческие писатели (Геродот и др.) называли народом, "управляемым женщинами", в таком случае предполгается матриархат. Тут следует вспомнить, что народ савроматов по сообщению Геродота произошел в результате конфликта скифов с амазонками, которые позже стали жить вместе. Может быть именно это собтыие могло повлиять на установление новых традиций при вступлении в брак у савроматов или что менее вероятно  - заимствование этой традиции у скифов, о брачных отношениях которых можно только догадываться.

"Раскопки и исследования К. Ф. Смирнова [133; 134] показали, что женщина в савроматском обществе действительно занимала равное с мужчиной, а порой и более важное положение. Она была жрицей племени, мужественной и бесстрашной воительницей, а иногда главой рода или предводительницей.
Савроматские погребения жриц с каменными переносными жертвенниками рубежа VI—V вв. до н. э. оказывались центральными, что свидетельствует о матрилинейной системе родства. Археологические раскопки говорят о том, что жреческие функции передавались по наследству по женской линии."
(из книги Академии Наук СССР, Института востоковедения В. Б. Ковалевской "КОНЬ И ВСАДНИК, пути и судьбы", Издательство "Наука", Москва 1977)

Итак, савроматы придерживались прямо противоположных "грекам" представлений о роли женщины в обществе. У савроматов прежде, чем потерять девственность, нужно убить трех врагов. Похожими представлениями по-видимому объясняются и известные у разных народов поединки девушек с женихом. При чем некоторые из них  прямо объсняются тем, что мужем девы можно стать только после победы над ней в сражении. Мы конечно не уверены, что на вазе изображена именно савроматка, но судя по описаниям греческих авторов, амазонки принадлежали и к этому племени тоже. Кстати, трехкратное изображение на вазе поединка амазонки с "греком" на фоне грифона как раз соответствует необходимой трехкратной победе савроматки для того, чтобы не остатся в дивицах и выйти замуж.  И одетая амазонка вписывается в понятие чистой девы, тело которой прикрыто, а вид обнаженного "грека" означает его готовность "вступить в брак" или бороться для того чтобы удовлетворить потребность своего тела)).

Нушабе в поэме Низами и племена нушиби у тюрков.


 
Искандер и Нушабе
Рукопись «Хамсе» Низами
Иран. Династия Тимуридов. 1431 г.
Источник поступления в музей: Первый филиал Государственного Эрмитажа (бывший музей Училища Штиглица), 1924 г.

Большое место в поэме занимает повествование о царице - прекрасной и мудрой Нушабе. Прототипом Нушабе явилась правительница воинственных амазонок античных преданий.
Эта иллюстрация воспроизводит момент встречи царицы Нушабе и Искандера, приехавшего к ней под видом посла. Нушабе раскрывает хитрость Искандера и показывает ему его портрет. Мудрая Нушабе заказала своим художникам выполнить портреты всех сильных мира сего, которые хранила в своем чудо-замке.
Слева на высоком троне сидит луноликая Нушабе и обращается к узнанному ею Искандеру со словами: «Я подумала тотчас о шахе великом, лишь вошел ты, блистая пленительным ликом. Ты - не вестник, - в тебе шаханшаха черты. Ты - не посланный, нет! Посылающий – ты».
Collapse )

Апи и Апатура

Сведения о пантеоне скифов основываются главным образом на сообщении Геродота, в котором он говорит, что "Земля называется Апи (΄Απί)".

Имя супруги Папая, богини Апи, традиционно считают иранским и связывают с корнем, имеющим значения "вода", "влажность". Но это опять-таки явно надуманный путь, призванный "притянуть" скифское имя к иранскому словарю. Идея о союзе неба (Папая) с водой (Апи), которая "была стойкой мифологической традицией скифов" (В.И. Абаев), выглядит и "сырой", и малообоснованной. К тому же, по Геродоту, аналогом Апи у греков была богиня земли Гея. Следуя общеиндоевропейской традиции, богиня Апи должна, в первую очередь, нести в себе функции прародительницы мира, рожаницы. Но иранский язык таких значений слова не открывает. Ошибкой является и то, что сама Апи воспринимается большинством исследователей как некий оригинальный образ, возникший в скифской среде. На самом деле у нее есть хорошо известный прототип - богиня Хепа (Хепат), почитавшаяся на огромных просторах Передней Азии и Ближнего Востока. Она была одной из верховных богинь государства Митанни (митаннийцев еще называли хурритами). По мнению Б. Грозного, расшифровавшего хеттский язык, "имя нашей праматери Евы, по-древнееврейски Хаввы, возникло, видимо, от имени этой хурритской, несемитской Богини Хепы".

В звонкой, присущей индоевропейцам, огласовке имя богини звучит как Геба, то есть почти что Гея-ба(ба). Все в точности по Геродоту. Если же проглотить первую согласную, то мы произнесем начало магического глагола, сопутствующего всякому эротическому ритуалу. И можно не сомневаться, что это и есть истинный смысл имени Апи-Евы

ХЕБАТ (dHebat, угарит. Hbt) - "госпожа небес".

Collapse )

Про тещю, матриархат и женскую гвардию Средней Азии и Индии



kushan empire female guard

Отрывок из книги
С. П. ТОЛСТОВ
ДРЕВНИЙ ХОРЕЗМ

Опыт историко-археологического
исследования
ИЗДАНИЕ МГУ МОСКВА—1948


стр.325

4. Yаvаnаnis

Среди изображенных на гандхарских рельефах персонажей обращают на себя внимание фигуры вооруженных женщин. Это, как отмечает А. Грюнведель, женская лейбгвардия индийских царей кушанского и послекушанского времени, «которых хорошо знают античные историки и которые в индийской литературе известны как уаvаnаnis —«гречанки», т. е. девушки из стран с господством греков»3.
Гвардия девушек-лучниц, носящая столь характерное имя, институт, несомненно, введенный индогреческими царями II—I вв. до н. э. и вместе с тем вполне чуждый самим грекам, может быть объяснен генетически лишь если мы признаем, что в странах, откуда пришли в Индию сподвижники Деметрия, Эвкратида, Менандра и Гелиокла, этот институт имел широкое распространение и глубокие местные корни. Этнографический материал дает нам ряд примеров женского войска - и специально женской гвардии царей, неизменно сочетающейся с господством матриархального рода и сильными элементами гинекократии. Классическим примером является Дагомея XVI—XIX вв., могущественные цари которой были окружены пятитысячным корпусом женкой гвардии, участницы которой носили титул кен царя» и которая являлась наиболее преданной и боеспособной частью дагомейских войск. Наряду с этим, в Дагомее господствовали материнская филиация и своеобразная форма матриархальной большой семьи.
Дагомея—лишь одно из серии матриархальных государств Африки. Матриархат выступает как господствующая форма семейно-брачных отношений в государстве Ашанти, царь которого до XIX века носил титул «нане»—«мать матерей»4 и рядом с которым находилась жен-
------------
1 Религиозные верования народов СССР. М. 1931,
2 стр. 298. 25 Там же, слр. 301—309.
3 A .Grunwedel . Вuddhistische Кunstin Indien, 2. Aufl. Веrlin, 1900, стр. 109, а также рис. № 6 на стр.121. Ср. Калидаса. Драмы. Перев. К. Бальмонта, М. 1916, стр. 325.
4 В зтой связи большой интерес получает один из наиболее распространенных в Средней Азии царских титулов—афшин (зарегистрирован в Самарканде и в Осрушане). В близко родственном древне-согдийскому языку осетинском это слово (аефсiн) значит «свекровь», «хозяйка» (В. Ф. Миллер. Осетинско-немецкий словарь. Л. 1927, I, стр. 236). На эту связь обратил внимание уже Лерх (Монеты Бухар-'худатов, ТВО XVIII, Спб. 1875, стр. 151, 154, 157, где он, ссылаясь на осетинский перевод Евангелия, прибавляет и третье значение: «теща»). Однако Лерх на наш взгляд совершенно произвольно считает согдийское значение слова «властитель, владетель» более древним, чем осетинское. На деле, последнее, несомненно, архаичнее, и в свете приводимых ниже данных о гинекократии у народов титул Согда и Осрушаны первоначально означал: «хозяйка, владетельница», «госпожа» и лишь затем стал употребляться в значении «владетель», «царь».
---------
щина-соправительница, сестра, тетка или жена царя.
Гинекократический характер имело государство Лунда, высшая власть в котором была сосредоточена в руках «лукокеши», незамужней сестры царя, занимавшего подчиненное по-лежение военачальника.
Женщина-соправительница, мать царя, играла огромную роль в политической жизни «государств вагумов»—Уганды и особенно Униоро.
Факт переноса греками из Средней Азии в Индию института гвардии амазонок представляет в этой связи исключительный интерес, сигнализируя о правомерности предположения, что на создавшей его почве он сочетался с мощными пластами матриархата и гинекократических учреждений.
Collapse )

Элементы скифского доспеха в женском костюме народов Поволжья


Collapse )


Элементы женского костюма очень похожие на панцирные доспехи, где чешуйки заменены на круглые монеты встречаются у разных народов Поволжья. 
 
Верховые чуваши, праздничная одежда замужней женщины, начало 20 века
РЭМ Санкт-Петербург 

Шлемообразные женские головные уборы с наушниками имеются также у народов Поволжья: у чувашей («тухья»), башкир («такия») и удмуртов («текья»). Интересно, что у чувашей наушники тухьи делаются из кожи.


Collapse )


Адыгский девичий костюм и легенда об амазонках

Нефляшева .Н. А. Цветовая символика адыгского девичьего костюма и легенды об амазонках // Культура и быт адыгов. — Майкоп, 1989. — Вып. VII:

"Возможность участия девушек в военных действиях подтверждается тем, что вплоть до II пол. XIX в. «подросших девочек иногда учили верховой езде и умению обращаться с оружием»3. Неслучайны и изменения атрибутов адыгского девичьего костюма в связи с пере: ходом в новую общественную группу. Во-первых, в первую брачную ночь молодой снимал корсет, который, девушка носила по данным П. С. ПоГемкина — с 7-ми лет 4, по данным К. Сталя — с 6 лет 5, по сведениям И. П. Короленко—с 10 лет6. Интересно описание корсета С. Хан-Гирея: «знатные девушки шьют корсеты иногда из красного сафьяна (подч. мною — Н. Н.) или бархата, обшивают серебряными и золотыми галунами; в таком случае он бывает с короткими полами и серебряными застежками на груди. Такой корсет, надеваемый сверх рубашки, под верхнею одеждой, есть праздничный и не в каждом племени употребительный. Настоящий, или будничный и везде употребительный, шьется из желтой мешины, преимущественно у девушек высшего класса, и из выделанной телячьей или козлиной кожи у девушек из простого народа. Такой корсет бывает обыкновенно без пол и едва доходит до оконечностей ребра, крепко зашнуровывается спереди и прикрывает всю грудь; две тоненькие дощечки, на всю длину корсета, засовываются спереди и одна коротенькая сзади, отчего корсет сидит прямо, но, правду сказать, девушкам очень неловко сидеть от проклятых дощечек, и гораздо было бы лучше употреблять китовые усы, но такая роскошь моды еще не достигла Кавказа, и черкешенка лучше хочет мучиться от проклятых дощечек, нежели скинуть корсет» '. То есть, судя по Хан-Гирею, корсет и кафтанчик выполняют в адыгском девичьем костюме сходную функцию — ведь автор называет и кафтанчик «корсетом». Во-вторых, после одного месяца замужества девушка уже не надевала серебряный пояс и нагрудные украшения, а после рождения ребенка, делавшего девушку женщиной в социальном смысле этого слова, свадебная шапочка снималась свекром. Е. Н. Студенецкая обратила внимание на лощение золотой вышивки для украшения этой шапочки (лощение придает швам гладкую поверхность, тогда как в. вышивке золотом ценятся рельеф, высота, фактура) на то, что золотая вышивка выполняется приемами, свойственными аппликации. На основании этого сделан вывод, «что когда-то эта вышивка имитировала накладку золота»2. Поэтому шапочка и напоминала издали металлический шлем3. Это позволяет видеть в корсете и кафтанчике, которые сжимают грудь, чтобы, возможно, беспрепятственно пользоваться, стрелами и копьем, и в шапочке, напоминающей шлем, воинские реликты. Только имея данные атрибуты, девушка рассматривается как воин."

Корсет. Носили знатные девушки с 11-12 лет до замужества. Надевался на голое тело и не снимался на ночь. 19 век. Черкесы. РЭМ

СОМАЛИЙСКАЯ ВЕРСИЯ ЛЕГЕНДЫ О АМАЗОНКАХ

Ж А .Каневская
Социо- и этнокультурные процессы в современной Африке. М., 1992

Своеобразный фольклорно-этнографический мир Африки, в частности Сомали, позволяет судить о живучести матримониальных установлений, которые и по сей день проявляются в традициях, обычаях, обрядах.
Широкое бытование в языке сомали специальных-терминов для обозначения различных действий в свадебном обряде - свидетельство сохранения отголосков матриархата до нынешнего времени.
Одним из характерных признаков материнского права на Африканском Роге является разная терминология для обозначения родственников по линии матери и по линии отца: ылмаэдо ( ilmaedo ) - дети тети, ылмаадер ( ilmaader ) - дети дяди.
Приметы амазонства явственно ощущаются, в свадебном обряде: принятие зятя в дом жены (мындысмо - mindismo ), тайный брак и побег девушки-невесты из родительского дома (ма-сафо - masafo " ),
Эпоха материнского права как одна из "универсально-ис-торических форм организации родового общества явилась основой для возникновения преданий об амазонках.

Collapse )

Амазонки Америки

М.О.Косвен, Амазонки // Советская этнография, 1947, 2-3:

"Новая глава истории амазонской легенды начинается с открытием Америки.

Уже Колумб (1446-1506) во время первого своего путешествия услыхал от араваков, одной из туземных народностей Антильских островов, об острове населенном одними женщинами. Известие это по всей видимости, крайне заинтересовало великого мореплавателя. Об этом свидетельствует ряд записей в судовом журнале, относящихся к концу путешествия, когда Колумб уже стал направляться в обратный путь, а именно, записи от 13, 14, 15 и 16 января и 14 февраля 1493 г. Содержание этих записей сводится к следующему. По словам индейцев, как раз по пути Колумба на восток находится остров «Матинино» (туземное название острова, получившего впоследствии название «Мартиник»), населенный целиком только женщинами, без мужчин (toda poblada de mugeres sin hombres), причем на этом острове имеется много золота. Вблизи острова «Матинино» расположен остров «Кариб» (современное название «Доминик»), тоже богатый золотом. Колумб решил пойти к этим островам и взять несколько их обитателей, в особенности этих женщин, с собой, чтоб отвезти королю и королеве. Однако, адмирал все же усомнился, хорошо ли знают индейцы-проводники, хотя и подтверждавшие эти сведения об островах Матинино и Кариб, туда дорогу, с другой стороны, он не мог больше задерживаться... При всем том, отмечает журнал, адмирал был уверен, что этот «остров женщин» (isla de las mugeres) действительно существует, и рассказывал, что в известное время года его обитательниц посещают мужчины с острова Кариб, что если эти женщины рожают мальчиков, то отсылают их на остров мужчин, если же это девочки, то оставляют у себя. Сообщение об обнаруженном в «Индиях» острове женщин и его обитательницах, с некоторыми подробностями, включил Колумб и в свой знаменитый отчет о первом путешествии, написанный, как полагают, еще на корабле, на возвратном пути, а затем подвергнутый широкому распространению 16.
Collapse )